Наука о Богопознании
 
Главная > Исследования > часть первая > часть вторая > Скорби, болезни - залог будущей блаженной жизни, часть третья > часть четвёртая
СКОРБИ, БОЛЕЗНИ - ЗАЛОГ БУДУЩЕЙ БЛАЖЕННОЙ ЖИЗНИ, часть третья
Автор-составитель: архимандрит Иоанн (Захарченко)
 
КОЛДОВСТВО, ОККУЛЬТИЗМ, ЭКСТРАСЕНСОРИКА и прочее ИМЕЮТ ОДНОГО ОТЦА - ДИАВОЛА.
 
 
Самая большая сила диавола заключается в том, что он заставил себя отрицать.
Люди потеряли следы своего истинного врага, хотя он непрестанно наносит им удары.
 
Духи падшие… чтобы удобнее содержать нас в плену, стараются соделать
и себя, и свои цепи для нас незаметными.
/свят. Игнатий Брянчанинов/
 
Каждому из нас надлежит знать Бога, самого себя и демонов… Демонов, что они суть тайные враги
наши и что они воюют против нас посредством нас же самих.
/Симеон Новый Богослов. Вип.1 стр. 222/
 
 
Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы и прочее в этом роде, имеют одного отца - диавола и одну цель - вредить и губить души человеческие.
Об этих учениях делаем некоторые выписки из книги М.В. Лодыженского МИСТИЧЕСКАЯ ТРИЛОГИЯ. ТЁМНАЯ СИЛА.
О сатанизме:
-Сатанизм есть сознательное обожествление человеком тёмной силы, противящейся Христу. В противовес Божественной мистике сатанизм представляет собой мистику соединения человека с диаволом. Замечательно, что сатанизм есть явление, присущее только католическому миру. Одной из главных основ сатанизма является католический священник, оскорбляющий святыню. Такой ренегат, отступивший от Христа и отдавший себя служению тёмной силе, и совершает -чёрную мессу-, этот главный ритуал сатанизма, совершает мессу призыва диавола вместо Бога, мессу оскорбления и попрания Божества. Сатанисты прямо и открыто стремятся к этой мистической силе и её обоготворяют-.
/М.В. Лодыженский Мистическая трилогия. Тёмная сила. С. 158-159/
Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы и прочее в этом роде
Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы и прочее в этом роде Об оккультизме:
-Традиции и предания, из которых выработался современный оккультизм, восходят ко временам дохристианским, к глубокой древности. Предания эти представляют собой тайны египетских жрецов и индусских браминов. Они разделяются на две ветви - западную (египетского происхождения) и восточную - индусскую, доныне культивируемую в Индии и выразившуюся в Европе в теософском движении-.
/М.В. Лодыженский Мистическая трилогия. Тёмная сила. С. 294/
Колдовство и спиритизм:
-Колдовство есть тёмная теургия, полярная мистике божественной, колдовство есть мистика соединения человека с диаволом. Для примера приведём один рассказ, произошедший в 1600 году.
Михаил Шрамм, юноша 17 лет, был послан родителями в Вюрцбург для усовершенствования в науках. Там он сблизился с товарищами. Один из них, изучавший право, познакомил Шрамма с человеком, занимавшимся магией. Знакомство это привело к тому, что оба юноши соблазнились обещаниями мага даровать им могущество с помощью злой силы.
Согласно хронике, маг заверил молодых людей, что всемогущество это легко достижимо, но надо быть готовым встретиться лицом к лицу с демоном, который совсем не так уж противен, и при этом дать демону маленькую расписку… Условие было принято; каждый из молодых людей позволил извлечь по капле крови из своего пальца и этой кровью подписал свой договор с дьяволом.
Далее в хронике говорится, что маг повёл юношей из города, очертил круг в одном пустынном месте и поставил юношей в этот круг. После заклинаний явился демон. Хотя он и явился в образе человеческом, это все-таки поразило юношей.
Охваченные ужасом, оба неофита намеревались бежать, но маг, предвидя это, связал их… Расписка, написанная кровью, была отдана демону.
/Означенный эпизод извлечен из книги Гозона La magie et la sorcellerie en France, где приведена в подробности вся история о Михаиле Шрамме. По этой хронике, история описанного договора с демоном кончается тем, что М. Шрамм, несмотря на приобретённую им психическую силу, решился все-таки избавиться от своей одержимости злым духом, которую он в себе чувствовал. Спасла его молитва в храме св.Игнатия. Чудо его спасения совершилось в 1613 году./
 
Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы и прочее в этом роде Итак, этот рассказ из старинной хроники о договоре, требуемом могущественным существом и скреплённом человеческой кровью. Такие сведения попадаются в литературе оккультистов западной ветви. У одного из них, д-ра Розье, имеются даже указания относительно того, как именно следует вызывать духов.
-Для того, чтобы вызвать духов, - говорит д-р Розье, - надо прежде всего обвести вокруг себя защитительный круг, без которого вызыватель духов подвергся бы большим опасностям, можно даже сказать, верной гибели.
В момент, когда духи начинают появляться, очень трудно избежать чувства ужаса.
 
Этому ужасу было бы весьма опасно поддаваться. Если имеют несчастие выйти из круга, то ожидает смерть или, по меньшей мере, сумасшествие. Вызыватель должен быть твёрдым и на всё готовым. Когда это первое действие удалось, остается только приказывать. Но не надо забывать, что вызыватель должен быть всё время в напряжении, никогда не изменять твёрдой воле и быть недоступным страху; он имеет дело со слугами очень упрямыми и всегда готовыми к возмущению… Его положение подобно положению укротителя диких зверей в клетке. Поэтому существует поговорка, что диавол рано или поздно свернёт шею колдуну.
То колдовство, о котором мы сейчас говорили, есть явная его форма. Здесь мы видим сознательное стремление человека к тёмной силе (диаволу); человек знает, что делает, он понимает значение силы, с которой вступает в союз.
 
Ещё о спиритизме и теософии:
Первым, кто дал наиболее яркие сведения о внутренней стороне спиритизма, была г-жа Блаватская.

/О том, что собой представляет г-жа Блаватская, её теософское учение и его конечная цель. У нас на руках оказался прелюбопытный материал - книга одного из основоположников теософического общества в России, бывшего секретаря Петроградского теософического общества К.Д. Кудрявцева "Что такое теософия и теософического общество".

Будучи христианином, Кудрявцев полагал, что теософическое общество, как общество научно-философское, имеющее цель согласовать знание с верой, безусловно принесёт пользу. Но, когда он увидел, что цели совершенно иные, что в действительности оно стремится основать свою собственную, не имеющую ничего общего с христианством религию, что руководители общества подчиняются центральной теософической организации, находящейся за границей (в Индии), когда он, наконец, изучил теософическую литературу по заграничным источникам - он вышел из общества, представляющего собой, в сущности, -замаскированное религиозное антихристианское движение, принадлежать к которому с чистой совестью можно лишь по неведению или заблуждению-.

Ядро общества составляет свою как бы церковь, на знамени которой написано "нет религии выше истины". Но, поскольку, по заявлению А.Безант, теософия и есть истина, слова эти следует читать и понимать иначе: "Нет религии выше теософии". Чтобы узнать, какие цели преследует ядро общества, направляющее деятельность его членов, надо быть -посвящённым-, ибо то, что находится за вратами посвящения, в самом сердце теософического общества, является, по меткому выражению г-на Кудрявцева, -уравнением со многими неизвестными-. И действительно, неизвестно, почему первая "посланница учителей" Е.П.Блаватская оставила христианство ради буддизма. Почему первый президент теософического общества Г.Олькот также переменил христианство на буддизм, почему нынешний президент общества А.Безант идёт по линии браманизма.
Ключ к этой загадке мы находим в книге г-на Кудрявцева. Вот что ему удалось узнать из одного частного письма г-жи Блаватской А.И.Ганненфельду, а также из некоторых изданий, печатаемых за границей. В письме Блаватской от 24 марта 1888 г., появившемся в печати в первый раз в книге Кудрявцева, читаем следующее. -Вы спрашиваете, верим ли мы, теософы, в Христа. В Христа безличного - да. Кришна (Adi) или Aya Bouddha, тот же Христос… но не в Иисуса Назаретского. Последний был Хрестос, а не Христос, как десятки других сынов Божиих-.

Та же Блаватская однажды высказалась более чем откровенно: наша цель не в том, чтобы восстановить индуизм, а в том, чтобы смести христианство с лица земли. Наконец, в одном английском издании (The Two Worlds от 20 апреля 1894 г.) можно прочесть следующее заявление нынешней "посланницы учителей", А.Безант: -Быть обращённым в христианство хуже, чем быть скептиком и материалистом-. Уже из одного того, что сами "посланцы учителей", направляющие деятельность ядра общества, стремятся к тому, чтобы смести христианство - уже из этого можно заключить: скрытая цель генерального штаба теософов, в которую посвящены только эзотерики, та же самая - уничтожить христианство./

 
Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы и прочее в этом роде Сведения, даваемые ею, имеют большое значение, ибо г-жа Блаватская была ясновидящей; перед нами - объективная свидетельница того, что она увидела в спиритизме, которому предавалась сначала с большим увлечением.
Надо сказать, что г-жа Блаватская была в дни своей молодости сильным медиумом, но во время своего пребывания в Америке - гнезде и родине всех медиумических явлений, она пришла к убеждению,
 
что спиритизм - занятие вредное и часто очень опасное и что медиумы - ничтожные и жалкие орудия во власти не слишком чистых сил.
/Желиховская. Биографический очерк о Е.П.Блаватской. Вестник теософии, 1910 г., № 5-6, с.44/
 
В письме А.П.Ганненфельду, написанному Блаватской в 1888 году, она говорит, что вот ей уже 60 лет, а она до сих пор не может без содрогания вспомнить о своём увлечении спиритизмом и даже до сего дня несет кару - "кару безумия медиумства молодости".
/Письмо это напечатано в книге г.Кудрявцева -Что такое теософия-. Изд. 2-е, с. 92/
 
В чём же заключается это "безумие медиумства", в котором воочию убедилась г-жа Блаватская?
-Часто я с ужасом и отвращением наблюдала, - пишет Блаватская из Америки своей сестре Желиховской, - как отделялась ожившая тень от внутренностей медиума; как, выделяясь из его астрального тела, в чужой оболочке называлась якобы своим близким, умиляя их до восторга, заставляя широко открывать сердца и объятия этим теням, которых они искренно считали своими дорогими отцами и братьями, воскресшими для убеждения их в вечной жизни и свидания с ними. А если бы знали они правду! Если бы верили ей! Если бы видели, что я часто видела, как уродливое бесплотное создание иногда набрасывается на кого-либо из присутствующих на этих волхвованиях спиритов; оно окутывает человека будто чёрным саваном и медленно исчезает в нём, словно втянутое в тело его каждой порой-.
/Н.Желиховская. Биографический очерк о Е.П.Блаватской. "Вестник теософии", 1910 г., № 5-6, с.49/
 
Вот что говорит о спиритизме известный оккультист д-р Франц Гартман.
-При занятиях спиритизмом неосторожному экспериментатору угрожает потеря рассудка и свободы воли или нечто ещё худшее: ужасная перспектива вступления на путь чёрной магии. Ибо скотские бесовские влияния астрального мира стоят гораздо ближе к среднему человеку, чем влияния, исходящие от обитателей мира небесного; а тот, кто открывает доступ таким дурным силам, не будучи в состоянии подчинить их себе, тот в конце концов сам подпадёт под их господство. Ему тогда уже не избавиться от вызванных им духов.
 
Последствия спиритизма:
Чтобы не быть голословными, сошлёмся на ту же г-жу Блаватскую, которая в своём письме Генненфельду указывает на последствия, к коим пришли даже такие знаменитые спириты, как Юм, Форстер, След и Кэт Фокс.
- Вспомните, что было с Юмом, который был всю жизнь страдальцем телесно и сам злейшей кикиморой, пока жил жертвой внушения всех этих псевдодухов.
Форстер был распутнейшим пьяницей и вот уже 10 лет сидит в сумасшедшем доме.
След совершает под наитием своих "духов" все пороки Содома и Гоморры и всю жизнь - страдающая эпилептическая тряпка.
Кэт Фокс спилась с кругу здесь (в Лондоне) и до того безобразничает, что спиритуалисты отправили её силой в Америку-.
 
 
Приведём жизненный пример - как один юноша был увлечён в колдовство:
/М.В. Лодыженский -Мистическая трилогия. Сверхсознание-. С. 202-207/
-Мы считаем небезынтересным сообщить о совершенно особом переживании знаменитого художника 16 столетия Бенвенуто Челлини, переживании, описанном им в автобиографии. При этом надо сказать, что автобиография Челлини носит печать полной правдивости, в чём может убедиться каждый, прочитав книгу -Жизнь Бенвенуто Челлини, им самим рассказанная-.
Время описанного Бенвенуто события относится к 1533 г.
В то время он был молод, ему было 33 года, вёл он бурную жизнь и был, между прочим, увлечён одной девушкой, сицилианкой Анжеликой, которую мать увезла от преследований Бенвенуто.
 
Бенвенуто Челлини.  Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы Приводим дословный рассказ из автобиографии Челлини:
-Среди своей беспутной жизни, я сошёлся с одним сицилийским священником, очень умным и основательно знавшим латинскую и греческую литературу. Однажды в беседе с ним разговор коснулся некромантии, и я сказал ему, что всю жизнь горячо желал узнать и увидеть тайны этого искусства.
-Чтобы предпринять такое дело, нужна душа твердая и бесстрашная, - отвечал мне священник. Я отвечал ему, что решительности и храбрости у меня достаточно, лишь бы найти случай и ознакомиться с этим делом.
 
-Если так, - ответил священник, - то я удовлетворю твое желание-. И мы сейчас же сговорились приняться за дело.
Однажды вечером священник делал нужные приготовления и приказал мне подыскать одного либо двух товарищей. К себе же он пригласил молодого человека из Пистои, который и сам занимался некромантией. Я привел Винченцо Ромоли, моего близкого друга. Мы отправились в Колизей. Там священник оделся, как одеваются некроманты, и начал вырисовывать на земле круги с величайшими церемониями, какие только можно себе представить. Он принёс с собою драгоценные благовония, смрадные снадобья и огонь. Когда всё было в порядке, он сделал в начерченном круге разрыв и, взяв каждого из нас за руку, ввел туда. Потом распределил между нами роли: талисман передал в руку своему товарищу-некроманту, другим поручил наблюдать за огнем и благовониями, сам же приступил к заклинаниям.
Эта церемония длилась более полутора часов. Колизей наполнялся легионами адских духов. Когда священник увидел, что они довольно многочисленны, он обратился ко мне, наблюдавшему за благовониями, и сказал: -Ну, Бенвенуто, спроси у них что-нибудь-. Я просил их соединить меня с сицилианской Анжеликой. В эту ночь ответа мы не дождались; тем не менее я был в восторге от того, что видел. Некромант мне сказал, что надо сюда прийти вторично и тогда я узнаю всё, что захочу; но только для успеха надо прихватить с собою мальчика, который ещё не утратил невинности. Я выбрал этого одного из моих учеников, двенадцатилетнего мальчика, пригласил с собою Виченцо Ромоли и кроме того, еще Аньолино Гадди, нашего приятеля. Как только мы пришли в условленное место, некромант принялся за приготовления с такою же, если не большею, серьёзностью. Потом он ввёл нас в круг, который начертил с удивительным искусством и ещё более торжественными церемониями, чем прежде.
 
Он поручил присматривать за благовониями и огнём Виченцо, около которого поставил Аньолино Гадди; мне же положил в руку талисман и велел поворачивать его в известном направлении. Юный же мой ученик был помещён под самый талисман. Некромант начал свои страшные заклинания - взывал по имени ко множеству начальников адских легионов и отдавал им приказания во имя всемогущего бога на еврейском, греческом и латинском языках. Вскоре Колизей наполнился числом демонов чуть ли не по сто раз большим, чем в первый раз.
Винченцо и Аньолино были заняты поддерживанием огня и возжиганием благовоний. По указанию некроманта я опять взмолился к духам соединить меня с Анжеликой; несколько погодя некромант обернулся ко мне и промолвил: -Разве ты не слыхал, как они тебе сказали, что соединишься с нею через месяц?- И он просил меня стоять стойко, так как теперь собралось духов тысячью легионами больше, нежели он их вызывал. Он прибавил, что эти демоны самые опасные, и так как они дали на мой вопрос ответ, то надлежит с ними обойтись мягко и отпустить их с миром.
 
С другой стороны, мальчуган, который находился под талисманом, вскочил в ужасе, что видит тысячу страшилищ, которые нам угрожают, и четырёх гигантов, вооружённых с головы до пят, которые собираются проникнуть за заколдованный круг.
В это время некромант, дрожа от страха, пытался их заклясть самым мягким и нежным голосом, каким только умел. Виченцо Ромоли, дрожа как лист, поддерживал благовония, я испытывал ужас не меньший, но старался его побороть и всячески ободрить товарищей, хотя на самом деле чувствовал, что и сам-то умираю, видя, каким ужасом объят некромант.
Мальчик спрятал свою голову между колен и кричал: -Я хочу умереть так! Погибли мы!-
Тогда я ему сказал: -Эти твари ниже нас, и всё, что ты видишь, есть не более как дым и тени; итак, подыми глаза-.
 
Как только он это исполнил, опять воскликнул: -Весь Колизей горит и огонь подбирается теперь уже к нам!-
Потом закрыл лицо руками и принялся твердить, что он погиб и ничего видеть больше не хочет. Некромант возлагал все надежды на меня, умоляя не терять присутствия духа и жечь асафетиду.
Я повернулся к Виченцо Ромоли и велел ему бросить в огонь асафетиду. Говоря это, я взглянул на Аньолино Гадди: тот был в полном ужасе, глаза у него совсем выступали из орбит, и он казался полумертвым.
- Ну, Аньоло, - сказал я ему, - тут пугаться неуместно, нужно приободриться и помогать друг другу. Вот положи-ка лучше асафетиды в огонь-. Тогда с Аньоло, сдвинувшимся с места, случился такой грех, который заглушил и запах асафетиды. При всём этом переполохе и мальчуган решился поднять голову. Услышав, что я смеюсь, он несколько успокоился и сказал, что демоны, кажется, собираются удалиться.
В таком положении мы оставались, пока не зазвонили к заутрени. Мальчик тогда сказал, что он видит лишь нескольких демонов, да и те уже на значительном от нас расстоянии. Наконец, как только некромант завершил обряд заклинаний, снял свой костюм и собрал огромную кучу принесённых с собою книг, мы все покинули круг, плотно прижимаясь друг к другу, особенно мальчик, который, спрятавшись за нами, ухватился за платье некроманта и за мой плащ-.
Далее в своих записках Бенвенуто Челлини упоминает, что действительно, согласно предсказанию некроманта, ему ровно через месяц удалось найти свою Анжелику.-
/М.В. Лодыженский -Мистическая трилогия. Сверхсознание-. С. 202-207/
 
И ещё рассказ. Кощунство над девяточинной просфорой. Беснование за кощунство.
(С.А. Нилус НА БЕРЕГУ БОЖИЕЙ РЕКИ, Спб., 1912 г. стр. 185-190).
 
Просфора, алтарь, священник. Наказание за кощунство, колдовство.
 

София Александровна Манаёнкова /главное действующее здесь лицо названо с его разрешения полным его именем/, о приезде которой я упомянул вчера, обязана жизнью своей души святыне и дерзновению перед Богом почивших и живых Оптинских старцев.

Вот что с ней было.
- Происхожу я, - рассказывала мне Софья Александровна, - из потомственных дворян Орловской губернии. У родителей моих было маленькое именьице в Елецком уезде. Доходов с имения этого едва хватало нашей семье, чтобы еле-еле сводить концы с концами, питаясь, как говорится, с хлеба на квас. Когда я подросла, меня родители отдали в Орловский институт, который я и кончила благополучно в 80-х годах прошлого столетия.
Не успела я окончить курса, как передо мною во весь рост встал роковой вопрос: чем существовать? У матери моей, с её крохотными средствами к жизни, сил не было содержать меня в праздности. В руках у меня был диплом. Недолго раздумывая, с помощью добрых людей, я открыла в Ельце школу для девочек, постепенно развертывая ее в частную женскую гимназию с правами казенных гимназий. Дело мое пошло настолько хорошо и стало на такую прочную почву, что мой годовой личный заработок начал давать мне средства к жизни в полном довольстве, без роскоши, но ни в чем себе не отказывая.

 
Неподалеку от имения матери, в нашем же уезде, находилось и имение одной моей институтской подруги, вышедшей к тому времени замуж за известного в Орле доктора Голостенова /Голостенов Николай Николаевич/.
Во время летних вакаций я жила в деревне у матери, и мы часто виделись с моей подругой и с её семьей, проводившей лето тоже в своей усадьбе. У мужа моей подруги была сестра, молодая девушка, с которой я тоже подружилась. Все мы были молоды, здоровы, полные сил и энергии; всем нам жизнь улыбалась - жилось, словом, уютно, дружно, весело, беззаботно; не забивая головы никакими сложными вопросами да и сердца не отягчая ничем, что могло бы заставить его биться сильнее обыкновенного.
 
И вот, в такую-то беззаботную, чуждую всяких духовных запросов жизнь, проникло, наконец, извне и нечто от духа: муж моей подруги, доктор Голостенов, увлекся гипнотизмом и спиритизмом и увлечением своим заразил и нас. Завелись в нашем кружке собеседования по этому вопросу, появилась целая литература предмета, возбудился горячий интерес к изучению на практике явлений из области того же духа. Коего духа были эти явления, никто из нас не интересовался: какое кому было до этого дело - было бы только интересно и весело да вносило бы оживление в однообразие захолустной деревенской жизни! Взбудоражился наш тихий мирок, обрадовавшись, как дитя, новой, пряной духовной пище, которой ему не была в состоянии дать ни казенная наука, ни то, что нам тогда казалось нашей религией. Религия!.. Мы все были православные по крещению, по диплому, в котором были обозначены наши успехи в Законе Божием, но по духу, по проникновению в великое таинство нашей веры и нашего спасения, мы ничем не отличались от язычников. Мы были круглые невежды в нашем Православии, мы были даже хуже язычников.
 
И вот, углубились мы по уши в изучение новых духовных возможностей. От теории, обильно оснащенной примерами практики, мы не замедлили перейти и к самой практике: стали заниматься внушением и отгадыванием мыслей, стали вертеть блюдечко и вступать в общение с невидимым миром по способу и указке той -науки-, которой до сих пор увлекаются сознательные и бессознательные отступники от веры Христовой. К занятиям этим наиболее способными из нашего кружка оказались я и сестра мужа моей подруги, и мы до того увлеклись производством -чудес- из области новой для нас -науки-, что ради новых радостей духа часто готовы были даже позабыть и об утешениях плоти.
И вот, наступил, наконец, день расплаты за наше безумие. Был день ангела моей подруги. Все мы были в сборе у нее в доме. Подруга моя утром была у обедни в своем селе. Мы ждали ее с чаем, с пирогом, с разными подарками. Настроение у всех было приподнятое, праздничное... За чаем было шумно и весело… Отпили чай. Что будем делать? Давай за свое, что более всего захватывало в то время нашу душу - за внушение. Решено было, что я должна уйти в дальнюю комнату дома, там что-нибудь задумать и задуманное внушить сделать сестре мужа моей подруги.
 
Дальняя комната была спальней и кабинетом моей подруги и её мужа.
Я, не долго думая, побежала в эту комнату, конечно, одна, оставив остальную компанию под взаимным надзором в столовой, где пили чай. Первое, на что упал мой взгляд в кабинете, была девяточинная обеденная просфора, которую от Литургии принесла моя подруга. Просфора лежала на письменном столе и, как предмет для него необычный, прямо мне бросилась в глаза. Я схватила её и перенесла на умывальник.
Пусть, - задумала я, - она (сестра мужа моей подруги) возьмет её с умывальника и переложит обратно на письменный стол. Задумала и крикнула:
- Готово!
 
На мой крик сбежались из столовой все, а та, которой я внушила исполнить мною задуманноое, нимало не колеблясь, кинулась сперва к письменному столу, от него - к умывальнику и только, было, хотела протянуть руку к просфоре, как внезапно, точно отброшенная чьей-то могучей рукою, перевернулась вокруг себя один раз и грохнулась на пол в обмороке, а я на том же полу уже билась в конвульсиях припадка падучей. Внушённая оправилась скорее, а меня, внушительницу, отходили только через три часа, несмотря на помощь доктора, мужа моей подруги. Обе мы ничего не помнили, что с нами было, не понимали, как и отчего могло это с нами произойти. Ничего, конечно, не понимал в этом и доктор.
 
И вот, с самого этого памятного и страшного дня, перевернулась до неузнаваемости вся моя жизнь. Никогда не знавшая никакой болезни тела, души же и того менее, я стала подвергаться припадкам, так называемой, падучей болезни, эпилепсии, как зовется она людьми науки. Сперва изредка - раз в три месяца, затем каждое новолуние, а потом, повторяясь и по нескольку раз в день, припадки эти меня довели до полного изнеможения, до потери всякой способности к какому бы то ни было труду. Пришлось уйти от любимого моего дела, от источника моего пропитания. И чем дальше, тем всё хуже и хуже становилось мое состояние. Дошло до того, что мною овладело полное отчаяние, и я стала посягать на свою жизнь. Счёту нет, сколько раз покушалась я на самоубийство.
И стала я всем в тягость, а себе ненавистна, как лютый и беспощадный враг. В таком состоянии внемоготу себе и людям, прожила я что-то около пятнадцати лет... Из молодой, здоровой девушки, видите, в какую я теперь превратилась старуху? /Когда мне С. А. всё это рассказывала, ей с небольшим было лет 40-45, но на вид она казалась гораздо старше./
 
Болезни моей, от которой меня лечили всякими средствами, конечно, никто не понимал. Не понимала её и я.
Как-то раз, в скитаниях моих по родным с одного хлеба на другой, поселилась я на временное жительство к родной своей сестре. Замужем она за начальником станции. Жалованьишко у мужа небольшое, семья огромная. Жутко мне было сидеть на их спине нахлебницей, да еще припадочной, а делать было нечего - пришлось сидеть. Муж сестры - человек простой, без особого образования, но добрый и глубоко, по-старинному, верующий.
- А что, Соня, - спрашивает он меня как-то раз, - давно ли ты говела?
- Да с тех пор, - отвечаю, - как больная, ни разу не говела.
- Ах, матушка, - воскликнул он с живостью, - да разве ж так можно? И не нашлось у тебя ни одного доброго человека, кто бы об этом позаботился. Да, так-то и без болезни болен сделаешься. Непременно поговей, поисповедайся да причастись Святых Христовых Тайн: Бог милостив, глядишь, и выздоровеешь.
Я не отказалась.
 
Поговела я, походила в церкви, поисповедалась... Припадки мои меня, как будто, оставили... Наступил день причащения. Литургию я стояла всю хорошо, чувствовала себя сносно, как будто даже здоровой... Открылись царские врата...
- Со страхом Божиим и верою приступите!..
И что ж вы думаете? Меня, изможденную, и обессиленную пятнадцатилетними страданиями к святой Чаше, к источнику жизни, едва могли подвести девять человек: такая явилась во мне невероятная сила противления святыне, такая ненависть к Святым Тайнам, что ярости внезапно во мне проявившейся силы едва могли противостоять девять человек из числа богомольцев, помогавших сестре моей со мной справиться.
Я - институтка, барышня образованная, благовоспитанная, не верившая ни в беснование, ни в кликушество, смеявшаяся и издевавшаяся над этим бабьим невежеством и притворством, я сама оказалась бесноватой.
 
Это был такой ужас, такой ужас, что о нём и вспомнить страшно... Слава Богу, что всё это теперь прошло, но и теперь ещё, когда вспомнишь об этом прошлом, волосы дыбом становятся. Корень болезни, однако, был найден, и с этого дня началось уже правильное мое лечение. По совету верующих людей, я часто стала причащаться, стала ездить, насколько позволяли мне средства, к святым местам. Припадки падучей почти прекратились, припадки явного беснования становились всё слабее, но им на смену явилось в сердце моем чувство такой неописуемой, нечеловеческой тоски, что, если бы не милость Божия, меня тайно поддерживавшая, я бы не была в силах противиться её давлению, я бы умерла с этой тоски.
Исполнялось уже восемнадцать лет с того дня, как я дерзнула произвести опыт внушения с девяточинной просфорой. Одна боголюбивая женщина уговорила меня поехать с нею к Оптинским старцам. Достали мне даровой билет по железной дороге, и я с женщиной этой добралась до Оптиной.
 
В Оптиной мне всё очень понравилось. Понравились её храмы, чин её Богослужения мне тоже полюбился, как полюбилось и местоположение этой чудной Обители. Но ни к старцам, ни к старческим могилкам я идти ни за что не хотела, как ни упрашивала меня моя спутница. Внутри меня точно всё переворачивалось при одной мысли о старчестве вообще и, в частности, о подвижниках оптинских. Глухой, прямо им враждебный, протест поднимался во всём существе моем: На что они мне? Что в них такого, чего нет у других им подобных людей? Ну - их!.. И я упорно обходила во время своих оптинских прогулок и кельи их, и могилы их великих предшественников.
Тоска, меня глодавшая, немного затихшая было, вскоре по приезде в Оптину, вновь принялась грызть мое сердце пуще прежнего. Моя спутница уговорила меня говеть, и мы с ней вместе стали готовиться. Вот в это-то время и произошло со мною нечто великое, что навеки связало мою жизнь с Оптинскими старцами несказанною к ним благодарностью.
 
С тоской, которая мне не давала ни отдыху, ни сроку у меня было связано еще одно чисто физическое ощущение: я чувствовала в груди, под сердцем, как бы клубок какой, который даже ощущался иногда на ощупь. Этот клубок подкатывался под самое сердце, и тогда я готова была кричать от тоски и от боли. И еще было у меня горе - я не могла плакать: потребность плакать была, но не было слез; слезы точно сдавлены были этим страшным клубком и наружу не изливались.
Как же это было ужасно!
И вот, в дни говения, перед исповедью у о. Серапиона, я решилась, наконец, - не знаю сама как, - пойти на могилу о. Амвросия. Решила одна сама с собой, одна и пошла на могилу.
 
Преп. Амвросий Оптинский И когда я вошла в открытую часовенку над этой могилой, преклонила колени у её беломраморного надгробия и приложила к нему свою горемычную голову, вот тогда-то я впервые за все восемнадцать лет своей нечеловеческой муки почувствовала, что открылся исток моим слезам, что слезы безудержным потоком из груди хлынули к горлу и излились на вольную волю горькими, покаянными рыданиями. И долго, долго плакала я, склонясь головой своей бедной на надгробие заветной могилы, пока не изошло из груди моей слезами всё моё многолетнее страшное горе.
 
И тут я почувствовала, что свалилась вдруг с меня какая-то тяжесть и что не стало и в груди моей давившего её столько лет страшного клубка.
Отец Серапион, которому я на исповеди рассказала всю мою жизнь и то, что со мной произошло на могиле старца о. Амвросия, выслушал меня внимательно, с большой любовью, разрешил мне грехи, содеянные мною от семилетнего возраста и исповеданные ему во время этой памятной исповеди, взял потом требник и стал меня по нему отчитывать. Я кричала, билась, вырывалась из кельи, а потом затихла.
С того часа и поныне припадков моих со мною больше не повторялось.
Душевно я стала совершенно здорова.
 
После причастия я пошла на могилу батюшки Амвросия, и тут внезапно почувствовала, что я исцелилась совсем, окончательно и навсегда исцелилась. И низошла на меня тут такая блаженная радость, что не только от тоски моей не осталось и помину, но я думаю, что ей и места уже никогда не будет в сердце, раз испытавшем это неизъяснимое блаженство, которое меня не покидало в течение целого года по возвращении моём из Оптиной домой, целый год мне даровано было наслаждаться таким душевным миром и счастьем, что я вполне была вознаграждена за 18 лет моей муки, понесённой мною в наказание за грех моего кощунства.
Восемнадцать лет! Ровно по два года за каждую часть просфоры!.. Отстрадала здесь, там, Бог даст, страдать не буду.
Такова незаурядная история Софии Александровны, мне рассказанная ею самою Успенским постом 1907-го года.
/С.А. Нилус На берегу Божьей реки/
 
Елладий, очевидец чудес Василия Великого и преемник его на епископском престоле, муж добродетельный и святой, рассказывал следующее:
 
св. Василий Великий. Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы и прочее в этом роде

Один православный сенатор, по имени Протерий, посещая святые места, решил отдать дочь свою на служение Богу в один из монастырей;

диавол же, исконный ненавистник добра, возбудил в одном рабе Протерия страсть к дочери господина своего.

Видя несбыточность своего желания и не смея ничего сказать о своей страсти девице, раб пошёл к одному волшебнику, жившему в том городе, и рассказал ему о своём затруднении. Он обещал волшебнику много золота, если тот своим волшебством поможет ему жениться на дочери господина своего. Волшебник сначала отказывался, но, наконец, сказал: -Если хочешь, то я пошлю тебя к господину моему, диаволу, он тебе в этом поможет, если только и ты исполнишь его волю-.

 
/Василий Великий был человек крайне болезненный и часто совсем лишался телесых сил. -Непрерывные и сильные лихорадки, - писал он сам, - так изнурили мое тело, что я не отличаюсь от паутины. Всякий путь для меня непроходим, всякое дуновение ветра опаснее, чем треволнение для пловцов... У меня болезнь следует за болезнью-./
 
Несчастный же раб тот сказал:
- Всё, что он ни повелит мне, обещаюсь исполнить.
Волшебник сказал тогда:
- Отречёшься ли ты от Христа своего и дашь ли в том расписку?
 
Раб же сказал:
- Готов и на это, лишь бы только получить желаемое.
- Если ты даёшь такое обещание, - сказал волшебник, - то и я буду тебе помощником.
Потом, взяв хартию, он написал диаволу следующее:
-Так как я должен, владыка мой, стараться о том, чтобы отторгать людей от христианской веры и приводить их под твою власть для умножения твоих подданных, то я посылаю тебе ныне подателя сего письма - юношу, разжжённого страстью к девице, и прошу за него, чтобы ты оказал ему помощь в исполнении его желания. Чрез это и я прославлюсь и к тебе привлеку больше почитателей-.
Написав такое послание к диаволу, волшебник отдал его тому юноше и послал его с такими словами:
- Иди в этот ночной час и стань на эллинском кладбище, подняв кверху хартию. Тогда сейчас же к тебе явятся те, кои проведут тебя к диаволу. /Могилы язычников - как нечистые - считались у древних христиан любимым местопребыванием демонов./
Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы и прочее в этом роде
 
Несчастный раб быстро пошёл и, остановившись на кладбище, начал призывать бесов. И тотчас предстали пред ним лукавые духи и с радостью повели обольщённого к своему князю. Увидев его, сидевшего на высоком престоле, и тьмы окружавших его злых духов, раб отдал ему письмо от волшебника. Диавол, взяв письмо, сказал рабу:
- Веруешь ли в меня?
Тот же ответил: Верую.
Диавол снова спросил:
- Отрекаешься ли от Христа своего?
- Отрекаюсь, - ответил раб.
Тогда сатана сказал ему:
- Часто вы обманываете меня, христиане: когда просите у меня помощи, то приходите ко мне, а когда достигнете своего, то опять отрекаетесь от меня и обращаетесь к вашему Христу, Который, как добрый и человеколюбивый принимает вас. Дай же мне расписку в том, что ты добровольно отрекаешься от Христа и крещения и обещаешь быть моим на веки и со дня судного будешь терпеть со мною вечную муку: в таком случае я исполню твое желание.
 
Раб, взяв хартию, написал то, чего хотел от него диавол. Тогда погубитель душ, змий древний (т.е. диавол) послал бесов прелюбодеяния, и они возбудили в девице такую сильную любовь к отроку, что она от плотской страсти упала на землю и стала кричать отцу своему:
- Пожалей меня, пожалей дочь твою и выдай меня замуж за нашего раба, которого я со всею силою полюбила. Если же ты этого для меня, единственной твоей дочери, не сделаешь, то увидишь меня скоро умершею от тяжких мучений и отдашь за меня ответ в день судный.
Услышав это, отец пришел в ужас и с плачем говорил:
- Горе мне, грешному! Что такое случилось с моей дочерью. Кто украл у меня моё сокровище? Кто прельстил моё дитя. Кто помрачил свет очей моих? Я хотел, дочь моя, обручить тебя Небесному Жениху, чтобы ты была подобна Ангелам и в псалмах и песнопениях духовных /Посл. К Ефес., гл. 5, ст. 19/ прославляла Бога, и сам я ради тебя надеялся получить спасение, а ты бесстыдно твердишь о замужестве! Не своди меня с печалию в преисподнюю, чадо моё, не срами своего благородного звания, выходя за раба.
 
Она же, не обращая внимания на слова родителя, говорила одно:
- Если не сделаешь по моему желанию, то я убью себя.
Отец, не зная, что делать, по совету своих родственников и друзей согласился лучше исполнить её волю, чем видеть её умирающей лютой смертью. Призвав раба своего, он отдал ему в жены дочь свою и большое имение и сказал дочери:
- Иди же, несчастная, замуж. Но я думаю, что ты станешь после сильно раскаиваться в своём поступке и что тебе не будет от этого пользы!
Спустя некоторое время после того, как этот брак совершился и диавольское дело исполнилось, было замечено, что новобрачный не ходит в церковь и не причащается Святых Таин. Об этом было заявлено и несчастной жене его:
- Разве ты не знаешь, - сказали ей, - что муж твой, которого ты выбрала, не христианин, но чужд вере христовой.
Она же, услышав это, чрезвычайно опечалилась и, упав на землю, начала терзать ногтями лицо свое, без устали бить себя руками в грудь и вопияла так:
- Никто, ослушавшийся своих родителей, не мог когда-либо спастись! Кто расскажет о позоре моем отцу моему? Горе мне, несчастной! В какую погибель я попала! Зачем я родилась и для чего не погибла по рождении?
 
Когда она так рыдала, её услышал муж и поспешил к ней спросить о причине её рыданий. Узнав в чем дело, он стал утешать её, говоря, что ей сказали о нём неправду, и убеждал её, что он - христианин. Она же, немного успокоившись от речей его, сказала ему:
- Если ты хочешь уверить меня вполне и снять печаль с несчастной души моей, то утром иди со мной в церковь и причастись предо мною Пречистых Таин, тогда я поверю тебе.
Несчастный муж её, видя что ему нельзя сокрыть правду, должен был, против желания своего, рассказать ей о себе всё: как он предал себя диаволу. Она же, забыв женскую немощь, поспешно отправилась к святому Василию и возопила к нему:
- Сжалься надо мною, ученик Христов, сжалься над ослушницей воли отца своего, поддавшейся бесовскому обольщению! - и рассказала ему всё в подробностях о своём муже.
 
Святой, призвав мужа её, спросил его, правда ли то, что о нём говорит его жена. Он со слезами ответил:
- Да, святитель Божий, всё это правда! И если я стану молчать, то будут вопиять об этом дела мои, - рассказал всё по порядку, как он предался бесам.
- Хочешь ли снова обратиться к Господу нашему Иисусу Христу?
- Да, хочу, но не могу, - ответил тот.
- Отчего же? - спросил Василий.
- Оттого, - отвечал муж, что я дал расписку в том, что отрекаюсь от Христа и предаю себя диаволу.
Но Василий сказал:
- Не скорби о сем, ибо Бог - человеколюбив и принимает кающихся.
Жена же, повергшись к ногам святого, умоляла его, говоря:
- Ученик Христов! Помоги нам - в чём можешь!
 
Тогда святой сказал рабу:
- Веришь ли в то, что ты можешь ещё спастись?
Он же сказал в ответ:
- Верую, господин, помоги моему неверию.
Святой после этого, взяв его за руку, осенил крестным знамением и запер его в комнате, находившейся внутри церковной ограды, заповедав ему непрестанно молиться Богу. Пробыл он и сам три дня в молитве, а потом посетил кающегося и спросил его:
- Как ты чувствуешь себя, чадо?
- Я нахожусь в крайне бедственном состоянии, владыка, - отвечал юноша, - не могу я выносить криков бесовских и страхов, и стреляния, и ударов кольями. Ибо демоны, держа в руках мою расписку, поносят меня, говоря: "Ты пришел к нам, а не мы к тебе!".
Святой же сказал:
- Не бойся, чадо, а только веруй.
И, давши ему немного пищи, осенил его крестным знамением и опять запер его.
 
Через несколько дней он снова посетил его и сказал:
- Как живёшь ты, чадо?
Тот ответил:
- Издали я слышу ещё угрозы и крик их, но самих не вижу.
Василий, дав ему немного пищи и помолившись за него, опять запер его и ушёл.
 
Потом он пришёл к нему на сороковой день и спросил его:
- Как живёшь ты, чадо?
Он же сказал:
- Хорошо, отец святой, ибо я видел тебя во сне, как ты боролся за меня и одолел диавола.
Сотворив молитву, святой вывел его из затвора и привёл в келью. Наутро он созвал весь причт церковный, иноков и всех людей христолюбивых и сказал:
- Прославим, братие, человеколюбца Бога, ибо вот теперь Добрый Пастырь хочет принять на рамо погибшее овча /взять на плечи, как пастух восточный берёт на плечи к себе уставшую овечку/ и принести его в Церковь. В эту ночь мы должны умолять Его благость, чтобы он победил и посрамил врага душ наших.
 
Верующие собрались в церковь и молились всю ночь о кающемся, взывая: Господи, помилуй!
Когда наступило утро, Василий, взяв кающегося за руку, повёл его со всем народом в церковь, воспевая псалмы и песнопения. И вот, диавол бесстыдно пришёл туда невидимо со всею своею пагубною силою, желая вырвать юношу из рук святого. Юноша же начал вопиять:
- Святитель Божий, помоги мне!
Но диавол с такою дерзостью и бесстыдством вооружился против юноши, что причинял боль и святому Василию, увлекая с собою юношу. Тогда блаженный обратился к диаволу с такими словами:
- Бесстыднейший душегубец, князь тьмы и погибели! Разве не довольно для тебя твоей погибели, какую ты причинил себе и находящимся с тобою? Ужели ты не перестанешь преследовать создания Бога моего?
 
Диавол же возопил к нему:
- Обижаешь ты меня, Василий! - и этот голос диавольский слышали многие. Тогда святитель сказал:
- Да запретит тебе Господь, о диавол!
Диавол же опять сказал ему:
- Василий, ты обижаешь меня! Ведь не я пришёл к нему, а он ко мне: он отрёкся от Христа своего, дав мне расписку, которую я имею в руке своей и которую я в день судный покажу всеобщему Судии.
Василий же сказал:
- Благословен Господь Бог мой! Эти люди до тех пор не опустят поднятых к Небу рук своих, пока ты не отдашь ту расписку. /Древние христиане имели обычай: во время молитвы воздевать руки свои к Небу. Оттуда в нашей церковной песне говорится: воздеяние руку моею жертва вечерняя - стихира на Вечерне./
 
Затем, обратившись к народу, святой сказал:
- Поднимите руки ваши и взывайте: -Господи, помилуй!-. И вот после того как народ, поднявши руки к Небу, долгое время вопиял со слезами: -Господи, помилуй!-, расписка того юноши на глазах у всех принеслась по воздуху прямо в руки святителю Василию. Взяв эту расписку, святой возрадовался и воздал благодарение Богу, а потом вслух всех сказал юноше:
- Знаешь ли, брат, эту расписку?
Юноша отвечал:
- Да, святитель Божий, это моя расписка, я написал её своею собственною рукою.
Василий же Великий тотчас разорвал её пред всеми на части и, введя юношу в церковь, причастил его Божественных Таин и предложил обильную трапезу всем присутствующим. После того, дав поучение юноше и указав подобающие правила жизни, возвратил жене его, а тот, не умолкая, славословил и благодарил Бога.
/Житие Святителя Василия Великого/
 
Ещё о бесах и бесноватых. Современные факты.
В 70-х годах (20 в.) в Свято-Троицкую Сергиеву Лавру приехала одна девушка:
Звали её Раиса (родом она из Чувашии). Она была бесноватая. Наверное, в ней сидел князь бесовский.
Бес в ней разговаривал и сильно мучил её, особенно в большие церковные праздники. Когда в Троицком соборе (там находятся мощи преподобного Сергия) заканчивалась служба, она приходила и помогала уборщицам делать уборку. Я в это время нёс послушание за ящиком (лавка, где продают свечи) и был ещё молодым иеромонахом.
Однажды накануне большого праздника в честь Божией Матери (Казанской или Владимирской) она пришла, как обычно, помогать убираться в храме. Когда уборка подходила к завершению и все уборщицы уже вышли в придел храма, Раиса вдруг подскочила к одной из них и стала многократно поднимать её вверх (на высоту примерно 60-70 см) и опускать её.
Я, наблюдая это, рассмеялся. Вдруг Раиса оставляет уборщицу и быстро направляется ко мне, устремив свой взор прямо мне в лицо.
Подойдя ко мне, она остановилась, глаза её сверкали яростью, и я услышал такие слова: -Ну что, монах, смеёшься, ты думаешь, мы хорошие, всё, что мы делаем - делаем для вашей погибели-.
После этих бесовских слов я не на шутку испугался. Через какое-то время меня перевели на другое послушание в этом же храме - я стал дежурным по храму. Иногда, по каким-то делам, мы спускались в Никоновский придел, где находится ризница. Однажды мы спустились туда с архимандритом Николаем, настоятелем храма.
Там уже был отец Афанасий и другие работники, была среди них и Раиса. Она подошла к отцу Николаю и говорит: -Отец Николай, а кого Вы взяли на послушание в Троицкий собор, разве Вы не знаете, что отец Иоанн гордый и хитрый человек-. Отец Николай промолчал, не сказав ни слова. Бесы, конечно, сказали правду, так как знают внутреннее устроение каждого человека.
Моё послушание в Троицком соборе продлилось около пяти лет, Раиса всё так же приходила в храм, и мне, при общении с ней, удалось узнать многое из её жизни, а особенно, как она стала бесноватой.
 
Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы и прочее в этом роде Раиса рассказала, что жила в глухой деревне. Однажды у кого-то из ее родственников была свадьба, куда пригласили и её. И вот на этой свадьбе кто-то из колдунов сделал так, что она стала бесноватой. Однажды местный священник (с её слов очень тучный, весил более 100 кг) взялся её отчитывать. Так она схватила его, подняла вверх и начала вертеть его, то вправо, то влево. А когда отпустила, то на нём от ужаса лица не было, страшный испуг охватил его. Он схватил все свои вещи и быстро убежал (взялся не за свое дело). Но это не самое страшное. Самое ужасное и омерзительное было, когда время от времени, Бог попускал бесам овладевать её свободной волей. Утром, просыпаясь, она понимала, что управлять собой не может. У них в деревне был старый туалет, возле дома.
 
И вот, когда бесы овладевали её волей, они вели её в этот туалет, её рукой закрывали дверь на крючок и заставляли есть испражнения с червяками. И после этого она не умирала. Так повторялось не один раз. Если Бог попускал, то Он и избавлял от смерти. Об этом она мне рассказывала несколько раз. -Вы можете мне не верить, ваше право, но я говорю вам истину-.
Она была на группе по инвалидности, нигде не работала, и каждый год проходила комиссию на продление инвалидности. Один раз сидела она в кабинете у врача-психиатра, он заполнял какие-то бланки. И вдруг её живот сильно вздулся и послышался сильный рёв. Врач, в страшном испуге, отлетел от неё вместе со стулом на два метра.
-Это что такое у вас??-
-Да это же бес, в которого вы не верите, - отвечает ему Раиса.
- Бес?! А он в меня не войдёт?! - спросил врач.
-Нет, не бойтесь. Бог не попустит - не войдёт-.
Однажды, когда она лежала в больнице, слышит, что у неё внутри (в районе грудной клетки) начинается смех, через несколько минут начала смеяться соседка по палате, а вскоре и вся палата смеялась, не понимая из-за чего и почему. Но Раиса-то знала источник этого смеха, но не могла сказать, потому что её бы не поняли…
О Раисе можно написать множество историй, как её мучили бесы, особенно в большие церковные праздники. Её трясло так, что казалось, она вот-вот развалится на части.
Раиса уехала в Дивеево и стала монахиней.
 
Ещё одна девушка, о которой хочется рассказать, приехала из Курска:
С ней бесы творили не меньшие чудеса, чем с Раисой.
Ей было 17 лет, очень симпатичная, небольшого роста, звали её Вера Л. Приехала в Лавру из-за болезни вместе с мамой, да так и осталась в обители на много лет. Мама потом приезжала к ней ещё несколько раз, но из-за болезни сердца скоропостижно умерла.
Вера устроилась на работу в Церковно Археологический Кабинет Московской Духовной Академии уборщицей.
Она страдала духовной болезнью - беснованием. С самого приезда они с мамой попали ко мне на исповедь да так и остались. С бесноватыми нелегко бывает, но пришлось нести эту ношу. Вера нашла себе в городе (тогда ещё Сергиев Посад назывался Загорск) квартиру, снимала комнату у мужа и жены средних лет.
Однажды Вера сказала мне, что мужчина, у которого она снимает комнату, неравнодушен к ней, она его побаивается, но на этом разговор и закончился, так как другого выхода пока не было. Однажды она была у меня на исповеди, причастилась на Ранней Литургии и ушла домой. Через некоторое время прибежала вся запыхавшаяся и очень расстроенная, не могла сказать и слова. Успокоившись, она рассказала, что, когда она пришла домой, хозяин квартиры лежал на своей кровати (комната хозяев была проходной, и ей нужно было проходить её, чтобы попасть в свою). Она зашла в свою комнату и прилегла отдохнуть. Через некоторое время заходит хозяин и сразу начал приставать к ней, чтобы она согласилась с ним на блудный грех (жены в это время дома не было). Он стал обещать, что перепишет квартиру на неё, подарит машину и всё прочее. Когда же она не согласилась ни на какие уговоры, он набросился на неё и пытался изнасиловать. Она сопротивлялась долгое время, пока оба сильно устали. Наконец, каким-то чудом она вырвалась и убежала. Об этом случае она рассказала его жене, но та отмахнулась, не предав этому никакого значения. С этой квартиры пришлось срочно уйти. После этого Вера поселилась у одной очень благочестивой и глубоко верующей старушки Елизаветы.
 
Колдовство, сатанизм, оккультизм, теософия, спиритизм, некромантия, современные экстрасенсы и прочее в этом роде Далее о её духовной болезни - бесновании. Оно заключалось в том, что Вера испытывала сильные внутренние мучения, терзания и временами бесы овладевали её сознанием. Вот такой пример: она помнит, что вышла из дома и тут же сознание отключается, как она шла - ничего не помнит, и вдруг сознание включается и видит, что она стоит у мощей преподобного Сергия.
Другой случай: собирается она идти на исповедь, помнит, что вышла из дома и отключается. Приходит в себя - видит, что стоит у меня возле аналоя на исповеди. Как шла - ничего не помнит.
Однажды она подошла ко мне на исповедь, а я вижу, что она вне себя, на губах запекшаяся слюна, лицо налитое кровью, стала у аналоя и бесы говорят мне: -Ум наш, разум наш и вся наша-.
 
На работе с ней происходило то же самое. Она работала уборщицей и дежурной в ЦАКе (Церковно-Археологический Кабинет-музей в Лавре). Бывает, делает уборку в одном из залов, в руках пылесос, вдруг сознание отключается, ничего не помнит, но продолжает работать. А в подсознании чувствует, что кто-то ней руководит и помогает работать. Через некоторое время приходит в сознание и видит, что она находится совсем в другом месте и в руках у нее не пылесос, а швабра.
И вот такие приключения происходили постоянно, причём эти странности никто за ней не замечал, а сама она скрывала это от посторонних людей.
Однажды с ней произошло более страшное событие. Утром, проснувшись и только открыв глаза, видит, что на её кровати у ног сидит мужчина. Лицо чёрное, страшное. Он сразу обратился к ней с вопросом: -Хочешь, чтобы мы тебя не мучили? Ты должна помогать нам в нашей работе, я дам тебе адрес одной женщины в Московской области, она научит тебя нашим делам и ты будешь помогать нам-.
-Нет, я не согласна на это! - ответила Вера.
Тогда он мгновенно схватил её вместе с матрасом и подбросил под самый потолок. Она в воздухе перевернулась и упала на кровать.
Быстро одевшись и выходя из дома увидела, что все замки были закрыты.
В это время я был на ранней исповеди, когда она прибежала. На ней не было лица, страшно испуганная, вся дрожит, не может сказать и слова, язык заплетается.
Постепенно болезнь её усиливалась, достигла самого пика, и я стал подумывать поместить её в психиатрическую больницу. Но потом, проанализировав её болезнь и состояние, пришёл к заключению, что психиатрическая больница ей не поможет, ведь все врачи психиатры того времени были атеисты-материалисты, они её болезнь не поймут и своими сильными препаратами только убьют и разрушат её здоровье, а болезнь останется. И действительно, болезнь постепенно стала ослабевать.
Старушка Елизавета, у которой жила Вера, скончалась, и она переехала жить к монахине Иулиании. У этой монахини был духовник отец Михаил Труханов, она его очень хвалила, говорила, что он очень духовный и прозорливый. И постепенно Вера тоже стала ездить к отцу Михаилу и исповедоваться у него. Через некоторое время я узнал, что Вера приняла монашество.
 
В двух словах хотелось бы сказать ещё об одной женщине:
Она тоже была бесноватой, её звали Зинаида. Она была известна в Лавре, подходила к разным духовникам. В ней, по-видимому, сидел какой-то князь бесовский, всегда говорил мужским басом. Ко мне она подходила на исповедь много раз. Но однажды подошла и говорит: -Этой ночью мой бес что-то рассекретничался, и рассказал - Зина, ты знаешь, какая на небе была страшная война, вся вселенная ходила ходуном, а я метался то в одну, то в другую сторону, не знал куда примкнуть-. И как показало само дело, примкнул к люциферу. Ныне Зинаида уже покойная.
 
Читайте рассказ священника - Одержимая.
Читайте свидетельства о существовании падших духов - бесов.
Читайте о телемагах и экстрасенсах - кто они?
 
Главная > Исследования > часть первая > часть вторая > Скорби, болезни - залог будущей блаженной жизни, часть третья
 
Автор-составитель: архимандрит Иоанн (Захарченко)
 
Копируя материалы, пожалуйста, поставьте ссылку на сайт bogopoznanie.science /о. архимандрит Иоанн (Захарченко): arhioann@yandex.ru/
Авторские права.
наука о Богопознании
 
© Copyright Архимандрит Иоанн (Захарченко). Русская Православная Церковь. Россия, г. Сергиев Посад.